Актуально

Вера Николаевна Хурсик: «Стоматология интереснейшая и творческая область медицины»

Почти 50 лет проработала в Рязанской стоматологической поликлинике № 2 (ныне филиал Рязанской стоматологической поликлиники № 1) врач-пародонтолог высшей квалификационной категории Вера Николаевна Хурсик. За эти годы вылечила она тысячи рязанцев, стала наставником десятков молодых врачей.


2019-11-07 Автор: Pugnin Комментариев: 0 Источник: uzrf
Публикация

Клинико-экономический анализ эффективности применения бегущего импульсного магнитного поля у пациентов с гонартрозом

Авторы:

Р. А. Бодрова, ГБОУ ВПО Казанская государственная медицинская академия Минздрава России, Казань, Россия

Ю. Ю. Бяловский, ГБОУ ВПО Рязанский государственный медицинский университет Минздрава России, Рязань, Россия

А. В. Иванов, ОАО Елатомский приборный завод, Елатьма, Россия

Н. Е. Ларинский, ООО Санаторий «Солотча», Рязань, Россия

Сведения об авторах:

Бодрова Резеда Ахметовна — заведующая кафедрой реабилитологии и спортивной медицины ГБОУ ДПО КГМА Минзрава России, главный внештатный специалист по медицинской реабилитации МЗ республики Татарстан, научный руководитель центра реабилитации ГАУЗ «Госпиталь для ветеранов войн г. Казани», к. м. н. , доцент.

Бяловский Юрий Юльевич — заведующий кафедрой патофизиологии ГБОУ ВПО РязГМУ Минздрава России, д. м. н. , профессор.

Иванов Алексей Валерьевич — начальник медицинского отдела ОАО «Елатомский приборный завод», врач-физиотерапевт.

Ларинский Николай Евгеньевич — главный врач ООО «Санаторий «Солотча», врач-терапевт высшей категории, врач-физиотерапевт высшей категории, к. м. н.

615. 47-114:616-07-08

Впервые в Российской Федерации было проведено рандомизированное, двойное слепое, плацебо контролируемое исследование медико-экономической эффективности магнитотерапии при гонартрозе, которое доказало экономическую целесообразность включения ее в лечебный процесс. При анализе затрат и эффективности лечения тяжелых и умеренных нарушений качества жизни больного гонартрозом, сопровождающихся болью и дискомфортом, было выяснено, что для достижения эффекта в основной группе было потрачено 13 417 руб. , что отличается от затрат на достижение эффекта в контрольной группе. Эта сумма составляет 25 956 руб. Эти суммы потрачены на 1 пациента в первой группе и на 1 пациента во второй. Магнитотерапия оказывала значимое влияние на боль и дискомфорт, что существенно повышало качество жизни пациентов с гонартрозом.

Введение

Остеоартроз занимает в мире лидирующее положение среди дегенеративных заболеваний суставов, а по распространенности — первое место среди ревматических болезней, уступая в группе болезней костей и суставов только остеопорозу и синдрому боли в спине [3, 9, 12, 13]. Это частая и очень важная причина боли в суставах и снижения физической активности пожилых людей [11]. Постарение населения существенно изменяет демографическую ситуацию в стране, что придает проблеме остеоартроза особое значение [10, 13, 16]. В настоящее время это заболевание уже не считается простым следствием старения и дегенерации хряща, как ранее [13, 14, 15]. Сложность применения физиотерапевтического лечения состоит в том, что неизбежным спутником возраста является полиморбидность, что часто является существенным ограничением для назначения преформированных физических факторов (особенно актуальной является проблема широкой распространенности среди больных сердечно-сосудистой патологии). Одним из методов физиотерапевтического лечения, широко рекомендованного даже при наличии сопутствующих заболеваний, является воздействие на организм бегущим импульсным магнитным полем (БИМП). Однако до настоящего времени нет убедительных данных, свидетельствующих о клинической и экономической эффективности БИМП у больных с остеоартрозом. Также представляет интерес изучение влияния магнитотерапии с использованием БИМП на качество жизни у больных с остеоартрозом коленных суставов [3–8].

Цель работы: проведение клинико-экономического анализа магнитотерапии у больных с остеоартрозом.

Задачи исследования:
1. Провести клиническое исследование эффективности и безопасности БИМП у больных с остеоартрозом.
2. Рассчитать прямые медицинские затраты на физиотерапию БИМП и терапию сравнения.
3. Провести клинико-экономический анализ применения БИМП при остеоартрозе.

Материалы и методы

Дизайн исследования: проспективное, контролируемое, рандомизированное, двойное слепое исследование[1, 2]. Все больные были разделены на 2 группы: в основной группе использовался широко распространенный работоспособный физиотерапевтический аппарат Алмаг-01 для лечения бегущим импульсным магнитным полем, в контрольной — аппарат-плацебо, по внешнему виду конструкции не отличающийся от работоспособного аппарата. Единственным отличием было отсутствие контакта между генератором и индукторами электромагнитного излучения. Продолжительность исследования — 21 день.

Объект исследования — больные с гонартрозом, установленным на основании Приказа Минздравсоцразвития РФ от 11. 02. 2005 № 123 «Об Утверждении стандарта медицинской помощи больным с артрозами», проходящие лечение в стационаре нескольких клинических центров. В каждом центре в исследование первоначально включались 20 пациентов. На каждого больного заполнялись врачом специальные клинические карты при каждом визите пациента. Карты включали данные по затратам ресурсов, переносимости и эффективности процедур. У больных из основной группы использовался аппарат Алмаг-01, у больных из контрольной группы — плацебо-аппарат. Магнитотерапия назначалась в соответствии с инструкцией по медицинскому применению и сложившейся клинической практикой. Все аппараты были пронумерованы сотрудниками МОООФИ, нумерация аппаратов была известна только им. Ими же проведена кластерная (рандомизация между центрами) и рандомизация больных непосредственно в клиническом центре.

В исследовании допускалось сочетание физиотерапевтического лечения с медикаментозным лечением в соответствии с общепринятой практикой.

Всего проанализированы данные анкет 170 пациентов (75 — использовавших работающий аппарат, 44,1 %; 95 — использовавших аппарат-плацебо, 55,9 %).

Группы были практически сопоставимы на момент начала исследования по показателям функции коленного сустава и ходьбы, и передвижения, за исключением достоверно большего числа больных с отсутствием нарушений по показателю «Функции подвижности коленного сустава» в группе пациентов, использовавших работающий аппарат, по сравнению с группой пациентов, использовавших аппарат-плацебо (8 % и 1 % соответственно, p<0,05).

Группы были практически сопоставимы на момент начала исследования по объективным показателям: угол сгибания и объем пораженного сустава пораженной конечности, однако в группе работающего аппарата угол сгибания был больше, чем в группе аппарата-плацебо (71,88ои 64,9о), также объем пораженного сустава был меньше в группе работающего аппарата (47,15 см и 50,05 см соответственно). Таким образом, на момент начала исследования пациенты из группы работающего аппарата имели лучшие объективные показатели поражения сустава по сравнению с группой аппарата-плацебо.

На момент начала исследования в группе больных, применявших работающий аппарат, по сравнению с группой больных, использовавших аппарат-плацебо, было достоверно меньше больных, имеющих умеренные или тяжелые нарушения качества жизни по показателям самообслуживания (18,7 % и 55,8 % соответственно) и повседневной активности (61,3 % и 80 % соответственно). Несмотря на достоверные различия между группами в доле больных, не испытывающих боль или дискомфорт, а также имеющих выраженную тревогу и депрессию, эти различия не повлияли на комбинированный показатель — доля больных, имеющие умеренные или тяжелые нарушения, который является основным для анализа. Показатель качества жизни, оцененный по визуально-

аналоговой шкале, составил 0,51 (±0,11; медиана — 0,50, 1-йквартиль — 0,45, 3-й квартиль — 0,60) в группе аппарата и 0,59 (±0,13; медиана — 0,58, 1-й квартиль — 0,50, 3-й квартиль — 0,70) — в группе аппарата-плацебо.

Результаты клинических исследований

Средняя длительность лечения в группе работающего аппарата составила 13,2 дня (±5,2 дня), в группе плацебо — 10,4 дня (±6,9 дней). Как в группе пациентов, использовавших работающий аппарат, так и в группе пациентов, использовавших аппарат-плацебо, не наблюдалось каких-либо осложнений проводимой терапии. Анализ динамики угла сгибания и объема пораженного сустава показал, что в группе работающего аппарата на-блюдается большее уменьшение объема пораженного сустава справа по сравнению с группой аппарата-плацебо (3,9 см и 2,9 см соответственно). Также угол сгибания пораженного сустава уменьшился в группе работающего аппарата на 0,31о, а в группе аппарата-плацебо увеличился — на 2,4о. Угол разгибания пораженного сустава увеличился в обеих группах, однако увеличение в группе работающего аппарата было большим по сравнению с группой аппарата-плацебо (-7,41о и -3,15о соответственно).

По показателям изменения качества жизни, однако, в группе пациентов, использовавших работающий аппарат, по сравнению с группой пациентов, использовавших аппарат-плацебо, было меньше больных с умеренными или тяжелыми нарушениями по показателю боли или дискомфорта (38,7 % и 62,1 % соответственно).

Показатель качества жизни, оцененный по визуально-аналоговой шкале, составил 0,62 в группе работающего аппарата и 0,69 — в группе аппарата-плацебо.

Динамика качества жизни, оцененного по визуально-аналоговой шкале в группе Алмаг-01, составил 0,11 баллов. Динамика качества жизни, оцененного по визуально-аналоговой шкале в группе аппарата-плацебо, составил 0,1 балл. Таким образом, достоверных различий по динамике качества жизни, оцененному по визуально-аналоговой шкале опросника EQ-5D, не было отмечено.

Данные о динамики качества жизни, оцененному по 5 показателям опросника ED-5D, свидетельствуют о том, что работающий аппарат более выражено влиял только на качество жизни, связанное с болью и дискомфортом, по сравнению с аппаратом-плацебо. Однако, учитывая небольшую длительность лечения и характер заболевания, вряд ли было возможно ожидать изменения функциональных показателей. В то же время уменьшение боли является значимым клиническим показателем.

Данные о динамике функциональных показателей, оцененных по Международной шкале функциональных нарушений.

 Статистически значимых различий внутри групп выявлено не было, однако положительная динамика функций подвижности сустава при легких нарушениях и их отсутствии была статистически достоверно более выражена в группе работающего аппарата по сравнению с аппаратом-плацебо (21,3 % и 9,5 %, соответственно.

В группе больных, использовавших работающий аппарат, продолжительность пребывания в стационаре составила ±15,7 дней, в группе плацебо — ±20,4 дня.

Клинико-экономический анализ

Общее количество используемых лекарственных средств составило 128 наименований. В группу «А» затрат вошли 26 наименования лекарственных средств (ЛС), в группу«В» затрат вошли 26 наименования ЛС, в группу «С» затрат вошли 75 наименований ЛС. Общие затраты на лекарственные средства в двух группах (n=170) составили 469 238 рублей.

Затраты на лекарственные средства в группе пациентов, использовавших работающий аппарат (n=75), составили 173494 руб. Затраты на медицинские услуги на 1 пациента составили 2 313 руб. Затраты на лекарственные средства в группе пациентов, использовавших плацебо-аппараты (n=95), составили 295 744 руб. Затраты на медицинские услуги на 1 пациента составили 3 113 руб.

При анализе количества медицинских услуг, влияющих на функции коленного сустава (физиопроцедуры, массаж), оказалось, что в группе работающего аппарата (n=75) было выполнено1901 услуг, а в группе аппарата-плацебо (n=95) — 2070 услуг.

Затраты на гостиничные услуги при пребывании одного пациента в стационаре составили:

— для группы больных, использующих работающий аппарат: 176,17 руб. · 15,7 дней = 2 765,86 руб.

— для группы больных, использующих аппарат-плацебо: 176,17 руб. · 20,4 дней = 3 593,86 руб.

Общие затраты на ведение одного больного в группе больных, использующих работающий аппарат, составили: 2 313 + 2 569,18 + 2 765,86 = 7 648,04 руб.

Общие затраты на ведение одного больного в группе больных, использующих аппарат-плацебо, составили: 3 113 + 2 897,26 + 3 593,86 = 9 604,12 руб.

Выводы:

1. Работающий аппарат оказывал воздействие на пациентов, что проявилось в меньшем числе больных, хорошо переносивших магнитотерапию, по сравнению с аппаратом-плацебо.

2. Работающий аппарат более значимо влиял на составляющую качества жизни, связанную с наличием боли и дискомфорта, по сравнению с аппаратом-плацебо, по другим показателям опросника EQ-5D, больший эффект был продемонстрирован при использовании аппарата-плацебо.

3. Не было продемонстрировано достоверного однонаправленного эффекта работающего аппарата на функциональные показатели (угол сгибания и разгибания, объем сустава, показатели МКФ).

4. Проведенное проспективное, рандомизированное, двойное слепое контролируемое исследование эффективности бегущего импульсного магнитного поля с использованием аппарата Алмаг-01 (частота 6,24 Гц, напряженность магнитного поля 20 мТл) при гонартрозе определило его клинико-экономическую эффективность. Наиболее выраженным оказалось влияния на показатели качества жизни, связанные с болью и дискомфортом.

5. Стратегия внедрения в лечебный процесс бегущего импульсного магнитного поля является эффективной с позиции затрат при анализе «затраты-эффективность» по критерию динамики тяжелых и умеренных нарушений качества жизни, связанного с болью и дискомфортом (показатель «затраты-полезность» 13 417 руб. за эффект у 1 больного по сравнению с затратами, равными 25 956 руб. , за достижение эффекта у 1 больного при использовании аппарата-плацебо).

Авторы выражают благодарность Воробьеву П. А. — заведующему кафедрой гематологии и гериатрии Первого МГМУ имени И. М. Сеченова, профессору, д. м. н. , Президенту Межрегиональной общественной организации «Общество фармакоэкономических исследований» и Борисенко О. В. — исполнительному директору Межрегиональной общественной организации «Общество фармакоэкономических исследований», к. м. н. за организацию проведенных клиникоэкономических исследований.

Список литературы

1. ОСТ «Клинико-экономические исследования. Общие положения» (приказ МЗ РФ №163 от 27. 05. 02).

2. Воробьев П. А. , Авксентьева М. В. и др. Клинико-экономический анализ. М. : Ньюдиамед, 2008.

3. Лыткина К. А. , Сидорова Л. В. , Воробьев П. А. , Авксентьева,М. В. , Цурко В. В. Качество жизни больных остеоартрозом // Проблемы стандартизации в здравоохранении. 2006. №6. С. 12–27.

4. Амирджанова В. Н. , Койлубаева Г. М. Методология оценки качества жизни в практике ревматолога // Научно-практическая ревматология. 2003. № 2. С. 72–76.

5. Сизова Л. В. // Научно-практическая ревматология. 2000.№ 2. С. 38–42.

6. Павлов В. И. , Пачина А. И. , Орджоникидзе З. Г. , Шаройко, М. В. , Николаев В. В. , Деев В. В. , Зоткин В. Н. Сравнительный анализ нагрузочного тестирования на различных видах эргометров // Спортивная медицина: наука и практика. 2011. №1. C. 5–10.

7. Зубовский Д. К. , Кручинский Н. Г. , Улащик В. С. Пути и методы использования лечебных физических факторов в восстановлении и повышении работоспособности спортсменов // Спортивная медицина: наука и практика. 2012. №1. C. 20–27.

8. Anderson R. T. , Aaronson N. K. , Wilkin D. // Qual. Life Res. 1993. Vol. 2. P. 369–395.

9. Bowling A. Measuring disease. A review of disease-specific quality of life measurement scales. Philadelphia: Open University Press, 1996.

10. Kind P. Quality of Life and Pharmaco-economics in Clinical Trials. 2th ed. / Ed. Spiker. Philadelphia: Lippincott — Raven Publishers, 1996. P. 191–201.

11. Laxafoss E. , Jacobsen S. , Gosvig K. K. , Sonne-Holm S. Case definitions of knee osteoarthritis in 4,151 unselected subjects: relevance for epidemiological studies: The Copenhagen Osteoarthritis Study // Skeletal Radiol. 2010, Jan 30. [Epub ahead of print].

12. Toivanen A. T. , Heliovaara M. , Impivaara O. , Arokoski J. P. , Knekt P. , Lauren H. , Kroger H. Obesity, physically demanding work and traumatic knee injury are major risk factors for knee osteoarthritisa population-based study with a follow-up of 22 years // Rheumatology (Oxford). 2010, Feb. Vol. 49(2). P. 308–314.

13. Blagojevic M. , Jinks C. , Jeffery A. , Jordan K. P. Risk factors for onset of osteoarthritis of the knee in older adults: a systematic review and meta-analysis // Osteoarthritis Cartilage. 2010, Jan. Vol. 18(1). P. 24–33.

14. Roux C. H. , Saraux A. , Mazieres B. , Pouchot J. , Morvan J. , Fautrel B. , Testa J. , Fardellone P. , Rat A. C. , Coste J. , Guillemin F. , Euller-Ziegler L. KHOALA Osteoarthritis Group. Screening for hip and knee osteoarthritis in the general population: predictive value of a questionnaire and prevalence estimates // Ann. Rheum. Dis. 2008, Oct. Vol. 67(10). P. 1406–1411.

15. Gosvig K. K. , Jacobsen S. , Sonne-Holm S. , Palm H. , Troelsen A. Prevalence of malformations of the hip joint and their relationship tosex, groin pain, and risk of osteoarthritis: a population-based survey // J. Bone Joint Surg. Am. 2010, May. Vol. 92(5). P. 1162–1169.

16. Dagenais S. , Garbedian S. , Wai E. K. Systematic review of the prevalence of radiographic primary hip osteoarthritis // Clin. Orthop. Relat. Res. 2009, Mar. Vol. 467(3). P. 623–637.

17. Allen K. D. , Oddone E. Z. , Coffman C. J. , Keefe F. J. , Lindquist J. H. , Bosworth H. B. Racial differences in osteoarthritis pain and function: potential explanatory factors // Osteoarthritis Cartilage. 2010, Feb. Vol. 18(2). P. 160–167.

18. Bieleman H. J. , Oosterveld F. G. , Oostveen J. C. , Reneman M. F. , Groothoff J. W. Work participation and health status in early osteoarthritis of the hip and/or knee: a comparison between the Cohort Hip and Cohort Knee and the Osteoarthritis Initiative // Arthritis Care

19. Res (Hoboken). 2010, May. Vol. 62(5). P. 683–689. 


2014-04-03 Автор: Larinsky_N.E. Комментариев: 0 Источник: uzrf
Комментарии пользователей

Оставить комментарий:

Имя:*
E-mail:
Комментарий:*
 я человек
 Ставя отметку, я даю свое согласие на обработку моих персональных данных в соответствии с законом №152-ФЗ
«О персональных данных» от 27.07.2006 и принимаю условия Пользовательского соглашения
Логин: Пароль: Войти