Актуально

Курить или дышать полной грудью — выбор за вами

ХОБЛ (хроническая обструктивная болезнь легких) — хроническое воспалительное заболевание дыхательной системы, возникающее под воздействием различных экологических факторов, главным из которых является курение. Заболевание характеризуется неуклонным прогрессированием и постепенным снижением функции легких с развитием хронической дыхательной недостаточности.


2020-07-13 Автор: Pugnin Комментариев: 0 Источник: uzrf
Публикация

«Повелитель жизни»

История болезни Оскара Уайльда

Первейшей целью жизни является реализация самого себя, а добиваться этого посредством удовольствия гораздо элегантнее, чем через несчастье.

О. Уайльд

Почему человек так стремится к саморазрушению?
Почему его так манит собственная погибель?

О. Уайльд

Чем в области жизни был для меня парадокс, тем в области страсти стала для меня извращенность. Желание в конце концов стало болезнью, или безумием, или тем и другим вместе.

О. Уайльд

Оскар Уайльд (Oscar Fingal O’Flahertie Wills Wilde, 1854 — 1900) был вторым ребенком в экстравагантной семье ирландского хирурга, офтальмолога и оториноларинголога сэра У. Уайльда (William Robert Wills Wilde, 1815—1876) и Джейн Франчески Элджи. У. Уайльд был известным врачом, членом Дублинской академии наук, основателем одной из больниц и редактором корпоративного журнала. Он успешно оперировал катаракту у короля Швеции Оскара I, лечил в Париже Луи Бонапарта (Наполеона III) и был лейб-окулистом королевы Виктории (в 1864 году стал баронетом). При этом У. Уайльд был человеком эксцентричным и увлекающимся, любил путешествия, археологические редкости, бренди, хорошеньких девушек, имел целую кучу внебрачных детей, о которых трогательно заботился. Внешне он выглядел нелепо и считался «самым грязным человеком во всей Ирландии» (это подчеркивает даже автор считающейся академической биографии О. Уайльда (Р. Эллманн, 2012)). Рассказывали, что руки-то У. Уайльд мыл редко и, подобно герою произведения Ч. Диккенса, мог бы скатать из покрывавшей их грязи пулю! Но при этом У. Уайльд был очень образован (еще в 1843 году посетил клинику Шкоды и институт Рокитанского в Вене и дал оценку «новой венской школе»: «Эта школа находится ближе всех к принципам, установленным бессмертным Лаэннеком»)! Он был виртуозным оператором и одним из первых в Европе применил электромагнит для извлечения инородного тела (иглы) из глазного яблока. Мать Оскара Уайльда Джейн Франчески Элджи, известная всей Ирландии под прозвищем «Сперанса» была необыкновенно честолюбива, обожала общество знаменитостей и выпендреж (истерическая акцентуация). Она «всю свою жизнь витала в мире выдумок и фантазий», утверждая, что итальянка и ее предком был сам… Данте Алигьери! «Ложь была для нее искусством». Страстно мечтая иметь дочь, она до 5-ти лет одевала Оскара как девочку (но тогда мальчиков в богатых семьях вообще одевали в платья!). «Поменьше бы у нее талантов, была бы просто хорошая женщина. Побольше бы банальности, серости, был бы какой-то душевный уют», — остроумно написал Джейн Элджи К. Чуковский в этюде «Оскар Уайльд». У. Уайльд отличился на другом поприще: некая м-ль Трэверс публично обвинила его в том, что он усыпил ее эфиром во время врачебного осмотра с целью «лишить ее чести». Судебный процесс был большим скандалом, хотя особого ущерба практике У. Уайльда не нанес. Примечательно, что в одной из своих работ он напророчил жуткую смерть своему сыну и глухоту — внуку. У. Уайльд пишет: «Пока есть гноетечение из уха, мы никогда не можем сказать, когда и чем это закончится». Фраза звучала зловеще, но он ни о чем не догадывался, да и умер он раньше других участников этой истории. Жил грешно, а умер легко и скоропостижно, в отличие от своего талантливого сына.

Как у многих других знаменитостей, да и вообще, наверное, у каждого человека, у О. Уайльда были свои «скелеты в шкафу», и некоторые из них были связаны с его учебой в дублинском Тринити-колледже и колледже Св. Магдалины в Оксфорде. В первом «с помощью» преподавателя древней истории, преподобного Джона Пентленда Махэйфи, он «постиг азы если не практики, то по меньшей мере теории гомосексуализма, отмеченного ореолом греческой красоты…» В Оксфорде Уайльд стал объектом гомоэротического (он клялся, что платонического!) влечения со стороны преподавателя Уолтера Пейтера. Сам Уайльд пока увлечен представительницами женского пола: Флоренс Болкомб, Констанс Флетчер, Шарлоттой Монтефиоре, Лилли Лэнгрин, Эллен Терри и даже самой… Сарой Бернар! Биографы считают, что Оскар Уайльд унаследовал от матери истерические черты: способность отдаваться своему увлечению без остатка, умение перевоплощаться в своего героя (сэр Генри в «Портрете Дориана Грея»), бурную фантазию, специфическую раскованность личности. Строго логическое и при этом отвлеченное мышление, легкость поведения (в прямом и переносном смысле!), желание произвести впечатление любой ценой, «игра представлений», «сны наяву», вытеснение неприятных переживаний, гедонистский образ жизни, эстетство и дендизм… Но в его личности доминировала, без сомнения, богатейшая фантазия! В то же время у него проглядывали педантические, даже ананкастные черты, определенная вязкость и даже застревание, стремление доводить начатое до конца. Сочетание этих черт парадоксально породило натуру синтонную, ровную, доброжелательную и гостеприимную. Он умел нравиться людям, «влюблять» в себя мужчин и женщин! «Он был гений разговора, беседы». У Оскара Уайльда была тысяча талантов, но, как отмечали многие, не было таланта искренности. «Он и пред собою никогда не мог хоть немного не позировать. В тюрьме, наедине со своей душою, он пишет свою исповедь, великолепные страницы «De profundis», но разве это исповедь? Это насквозь литература, и даже в последнем унижении, заплеванный и затоптанный, он не умеет громко, пронзительно закричать, завизжать! Он кричит, но как благозвучно, с каким прекрасным музыкальным ритмом!» (К.Чуковский, 1993).

В Лондоне Уайльд вел крайне экстравагантный и «показушный» образ жизни, а отправившись в Америку, наделал шума и там. Его роскошные перстни, бархатные жакеты с кружевными воротниками, штаны до колен, атласные чулки, башмаки с пряжками, зеленая гвоздика в петлице, прическа а-ля Нерон, цилиндр, трость с золотым набалдашником вызывали истерический ажиотаж у публики.

В 1884 году Уайльд женился на Констанс Мери Ллойд, в 1885 и 1886 годах у них родились сыновья Сирил и Вивиан, но образцовой семьи не получилось: вскоре Уайльд познакомился с Робертом Россом, внуком премьер-министра Верхней Канады Роберта Бодуина. Так вот, этот «внучек» и преподал Уайльду первый урок «настоящей» гомосексуальной любви. Пора сказать о другой загадке. Биограф Уайльда (Р. Эллманн, 2012) уверенно утверждает, что во время учебы в Оксфорде Уайльд заразился от «продажной женщины» сифилисом. Эллман ссылается на друзей Уайльда Р. Тернера и Р. Росса, заключение врачей, лечивших Уайльда во время последней болезни, и ранние его биографии, написанные А. Рэнсомом (1912) и У. Харрисом (1916), где сифилис указывается как причина его смерти. Но никто из этих «надежных» свидетелей не называет ни одного «надежного» симптома сифилитической инфекции. Сам Р. Эллманн (2012) считает достаточным для диагноза… потемнение зубов О. Уайльда, которое якобы наступило вследствие ртутного лечения! Достоверно известно лишь о каком-то лихорадочном заболевании, которое Уайльд перенес в 1878 году. Но «легенду о сифилисе» он поддерживал сам, поскольку, поняв, что никакой он не бисексуал, а настоящий гей, мотивировал свой отказ от секса с женой, ссылаясь на болезнь! Между прочим, есть предположение, что до 25% викторианцев страдало сифилисом! С этого момента Уайльд жил по простому и циничному правилу: «Я хотел иметь друга, отныне у меня будут только любовники». Достаточно сказать, что среди знакомых О. Уайльда были и известные персоны, небезупречные в этом отношении: У.Уитмен и С.П. Дягилев. «Рыбак рыбака», так сказать… А дальше все уже пошло по́шло: Фрэнк Майлс, Ричард де Галльенна, Лайонелл Джонсон, Морис Шваб, Пьер Луис, Синди Мейвор, а сколько еще остались безымянными! С некоторых пор Уайльд стал дарить своим «подружкам» золотые портсигары. Биографы затрудняются сказать, сколько смазливых мальчиков могло похвастаться такими подарками… Хорошо, что о ВИЧ-инфекции тогда слыхом не слыхивали!

Роковой для Уайльда оказалась встреча с 22-летним Альфредом Дугласом, «Бози», «Гиацинтом», сыном пэра, «восьмого маркиза Куинсберри». Дуглас приобщил Уайльда к сомнительным групповым удовольствиям в компании молодых людей, которые «за несколько фунтов и обед были готовы на все». Эти авантюры Уайльд называл «обедами в клетке с пантерами». Уайльд вместе с «Бози» посещает Алжир, где предается утехам с юными арабами и курит гашиш: «…это просто восхитительно, три глотка дыма, а потом покой и любовь…» Рано или поздно нетрадиционные пристрастия Уайльда, не слишком удачно скрываемые, должны были вызвать в викторианской Англии скандал. Оно так и вышло. Перехватив откровенное письмо Уайльда к «Бози», отец последнего послал ему оскорбительное письмо, в котором назвал «сомдомитом» вместо «содомита». Уайльд (!) подал на него в суд за оскорбление, но маркиз Куинсберри представил суду список из имен 12-ти молодых людей, готовых подтвердить, что Уайльд приставал к ним с непристойными предложениями. Причем во время процесса он продолжает писать «возлюбленному» откровенные письма!

Это противостояние Уайльд проиграл, а после повторного процесса 25 мая 1895 года по статье «принуждение к содомии» его приговорили к максимальному сроку — двум годам каторжных работ. Он был не первым: раньше за подобное в Англии уже осудили лорда Артура Сомерсета, епископа Глогера, маркиза Лондондерри. Уайльда отправили сначала в тюрьму Пентонвилль, затем в Уондсворт. В тюрьме Уайльд не мог есть, его стали посещать галлюцинации, да к тому же его поставили на самую тяжелую и бессмысленную работу — крутить «ступальное колесо». Еще до тюрьмы у О. Уайльда возникли проблемы с правым ухом, появилось гноетечение, он стал терять слух и его консультировал выдающийся английский оториноларинголог, сэр У. Долби (Sir William Bartlett Dalby,1840—1918). Он был первым (с 1872 года) «ушным хирургом» госпиталя Св. Георгия в Лондоне, автором (вместе с А. Политцером) известного руководства по ушным болезням и очень популярным практикующим врачом. У. Долби, лейб-медик королевы Виктории, не нашел у О. Уайльда причины глухоты (он считался специалистом по сурдомутизму), которой современные исследователи считают холестеатому. В тюрьме О. Уайльд оступился, упал и ушиб правое ухо, после чего его болезнь обострилась и гноетечение из уха стало постоянным. В письме из тюрьмы британскому министру внутренних дел 2 июля 1896 года Уайльд жалуется на почти полную глухоту на правое ухо из-за «нарыва» и разрыв барабанной перепонки. «Но, хотя нарыв существует все время моего тюремного заключения, — писал Уайльд, — а слух ухудшается каждую неделю, ничего не было сделано для того, чтобы его вылечить». Ему трижды промыли ухо обычной водой, и это было все. Позже Уайльд сказал о британской тюремной медицине: «…жестокая, грубая, равнодушная к состоянию здоровья заключенных». Один из тюремных врачей, некто О. Морис (Oliver Cally Maurice), после осмотра Уайльда написал: «Совершенно очевидно, что он имеет небольшую перфорацию барабанной перепонки справа, но нет никаких доказательств поражения слева, никакого дефекта не видно». Заключение было написано с известным презрением к Уайльду, и даже его фамилия указана неправильно. 2 августа 1896 года местный практикующий врач J.A. Price повторно осматривает Уайльда. Незадачливый эскулап перепутал больное ухо со здоровым, но лечение назначил в этих условиях единственно возможное: промывать ухо разбавленным раствором карболовой кислоты. Несмотря на варварский подход, лечение помогло, и 16 ноября 1896 года уже упомянутый доктор Морис нехотя констатировал улучшение течения процесса. Тем не менее, пишут исследователи, «рецидивирующая инфекция, боль в ухе и зловонное гноетечение указывали на наличие холестеатомы» (A.H. Robins, S.L. Sellars, 2000).Примечательно, что во время тюремного заключения Уайльда осматривали семь врачей, из них два психиатра, и все, не сговариваясь, главной проблемой считали «ушную». Это важно в контексте трактовки последнего страдания Уайльда и возможной причины смерти…

…Спустя четыре года, в конце сентября 1900 года (раньше он предсказал, что не переживет XIX века!), в парижском отеле Уайльд почувствовал резкое ухудшение, и к нему был приглашен врач английского посольства М. Такер (Maurice a'Court Tucker), специалист по болезням уха, горла и носа, который посетил больного 68 раз в течение 10 недель. Нелеченый хронический средний отит Уайльда неуклонно прогрессировал, и врач ничего с этим поделать не мог — процесс перешел на сосцевидный отросток. Оставалось только хирургическое вмешательство. Операция была произведена 10 октября 1900 года в комнате отеля, где жил Уайльд, под хлороформным наркозом. А вот кто оперировал, осталось неизвестным (известен гонорар — 60 тогдашних фунтов стерлингов, 3 000 нынешних!). Уайльд назвал операцию самым страшным событием в своей жизни… Послеоперационный период протекал тяжело, открытая рана требовала ежедневных болезненных перевязок, а постоянная боль — применения морфина, хлорала и опия. О какой операции могла идти речь в данном случае? История болезни О. Уайльда как подлинный медицинский документ отсутствует, поэтому традиционно речь идет только об известных предположениях и допущениях. Уже по ссылкам на авторов операций можно понять, что речь идет о той или иной форме антромастоидотомии, т.е. предполагается наличие у него вторичного мастоидита.

Г. Шварце (Hermann Hugo Rudolf Schwartze, 1837—1919), первый профессор-оториноларинголог Германии, который вместе со своим ассистентом А. Эйзелем (Adolph Eysell,1846—?) предложил в 1873 году оперативно вскрывать клетки антрума. В 1889 г. Э. Кюстер (Ernst Georg Ferdinand Küster, 1839—1930), другой корифей немецкой хирургии, предложил операцию радикальной мастоидотомии. Операция была усовершенствована чехом Э. Цауфалем (Emanuel Zaufal,1837—1910) и немцами Э. фон Бергманом (Ernst von Bergmann, 1836—1907) и Л. Штаке (Ludwig Stacke,1859—1918) («операция Штаке»). Предлагались различные инструменты: трепаны, кюретки, ложка Фолькмана и т.д. Операция была востребована: в эпоху до антибиотиков мастоидит как осложнение возникал у 15-25% больных средним отитом. Отсутствие безопасной анестезии и неуверенность в асептичности вмешательства всегда заставляли хирургов полагаться на везение.

Хирургу, который оперировал О. Уайльда, не повезло… После короткого улучшения, когда он даже смог выходить на улицу, правда, с головокружением и шаткостью походки (лабиринтит?), в конце октября наступило ухудшение. К концу ноября он уже не мог вставать из-за головокружения и высокой лихорадки. Холод к голове и пиявки — вот все, что могли предложить Уайльду доктора. 30 ноября 1900 года его страдания завершились. Речь, бесспорно, могла идти о внутричерепном отогенном осложнении — экстрадуральном или эпидуральном абсцессе, абсцессе мозга или гнойном менингите (Н.В. Мишенькин, 2007). Скорее всего, это все-таки был абсцесс.

 Примечательно, что в последние до потери сознания дни у Уайльда отмечалась депрессия в сочетании с отсутствием критики к болезни и негативизм (об этом писали лечащие врачи Такер и Классе). Любопытно, что такую симптоматику именно при правостороннем отогенном абсцессе полушария мозга описал рязанский профессор А.М. Талышинский в 1987 году. Как бы то ни было, О. Уайльд умер от гнойного осложнения хронического мезотимпанита, а вовсе не от «менингита, вызванного сифилисом», как писал А. Рэнсом в 1912 году. «Загадочная» сыпь Уайльда сопровождалась интенсивным зудом, чего при сифилисе не бывает, а потом, сыпь — это вторичный сифилис, а здесь речь шла о болезни, «подцепленной» полтора десятка лет назад, какой уж тут вторичный процесс? На посмертной фотографии тщательно задрапировано правое ухо и правый глаз — вероятно, был устрашающий отек… Никаких доказанных симптомов нейросифилиса никто у Уайльда не отмечал (вспомните истории болезни Шарля Бодлера, Альфонса Доде или Ги де Мопассана), личность была сохранена до конца…

Судьба семьи Уайльда была печальной: в середине 90-х гг. его жена получила какую-то травму позвоночника, перенесла две операции (видимо, была опухоль) и 7 апреля 1898 года умерла в возрасте сорока лет. Сын Сирил (на фотографии он с матерью) погиб в Первую мировую войну, а Вивиан, заболевший средним отитом, через несколько недель после смерти отца перенес такую же операцию и оглох на одно ухо навсегда!

О. Уайльд все-таки (не без некоторого позерства!) покаялся:

И чаша скорби и тоски
Полна слезами тех,
Кто изгнан обществом людей,
Кто знал позор и грех…

Грехов у него было немало, но кто бросит в него камень?

Николай Ларинский, 2001–2013


2013-04-04 Автор: Larinsky_N.E. Комментариев: 0 Источник: UZRF
Комментарии пользователей

Оставить комментарий:

Имя:*
E-mail:
Комментарий:*
 я человек
 Ставя отметку, я даю свое согласие на обработку моих персональных данных в соответствии с законом №152-ФЗ
«О персональных данных» от 27.07.2006 и принимаю условия Пользовательского соглашения
Логин: Пароль: Войти